об игре. Эта идея ницшеанского происхождения, она подхвачена Деррида и Фуко, которые пользуются ею в

строго "философском" смысле

Ведь это у Ницше наиболее рельефно очерчивается тема человека как существа "без происхождения" и

мира как поля вечной игры: «мы лишний раз убедились в "бесконечности" мира, поскольку не сумели

доказать невозможность того, что он заключает в себе бесконечное число интерпретаций» (Веселая наука) 10 .

Поиск не-изначальности преображается тогда в поиск "le sommet virtuel d'un cone ou toutes les differences, toutes les dispersions, toutes les discontinuitees seraient resserrees pour ne plus former qu'un point d'ldentite, d'impalpable figure du meme" (Foucault, Les mots el les choses, p341).11 Как уточняет Деррида (De lagrammatologie, p.73) самодвижение "differance" создает ситуацию игры, которая не есть "un jeu dans le monde", но "1еуем du monde" (не игра в мире, но игра мира).

Именно поэтому самые суровые упреки он адресует Леви-Стросу, последнему и наиболее

выдающемуся представителю "онтологии присутствия" и, стало быть, метафизики структуры.

9 "Этот другой представляет собой не что иное, как чистый субъект современной стратегии игры, и как таковой он

вполне доступен расчету вероятностей, если только реальный субъект, рассчитывая собственную конъюнктуру, не будет

принимачь во внимание никаких отклонений, называемых субъективными в обычном смысле, то есть психологических, но только лишь вписывать себя в некую поддающуюся исчерпыванию комбинаторику"

10 Ницше Ф. Стихотворения. Философская проза. СПб , 1993. С. 515.

11 "вершины воображаемого конуса, в которой все различия, все рассеяния и все разрывы окажутся вновь стянутыми

вместе, чтобы образовать не что иное, как некую точку идентичности, неосязаемый образ того же самого"